Чай со слоном против пу эр туо ча
Известно: москвичи — заправские чаевники. В России вообще чай почитается чуть ли не культовым напитком. Да что там говорить, известный во всем мире tips в России — чаевые. Не кефирные, не мыльные, не хлебные и не снегоуборочные.
В Москве же этот культ виден особенно. И не исключено, что слово "чаевые" пошло именно отсюда, из Первопрестольной.
Тульский самовар снискал огромнейшую популярность именно в Москве. Он применялся для чаепитий и домашних, и общественных. Для последних в городе существовало два специально отведенных места — Воробьевы горы и Сокольники. На Воробьевых у так называемых чайниц брали самовары, собственно заварку и печеные куриные яички — и располагались прямо на траве.
В Сокольниках было цивилизованнее, сказывалась относительная близость к центру города. "Тут же множество столиков для невзыскательных любителей чаепития на открытом воздухе", — словно извиняясь, сообщал путеводитель позапрошлого столетия.
Чайниц не было — здесь вместо них бизнес держали мужички, их называли самоварщиками. Самоварщик заключал с властями строгий договор, в котором регламентировалось все — и то, что самоварщик не имеет права зазывать клиентов, и то, что в темноте необходимо зажигать фонарь, и то, что убираться следует, "сметая накопляющийся сор в особо устроенные для того ямы, а отнюдь не пригребая его к растениям".
Смысл же по большому счету был один и тот же. Писатель Михаил Загоскин умилялся: "Был бы только самовар, вода непокупная, чаю на троих довольно на 20 копеек, на 10 — леденцу; и вот наш мужичок примется пить не торопясь, с прохладою... Оно и дешево, и безвредно".
Чай предпочитали хороший, однако бесхитростный. Московские чаеторговцы, разумеется, вели дела с индийскими, китайскими партнерами (в первую очередь в городе славились Перловы, но не те, которые отстроили псевдокитайскую пагоду на Мясницкой, а их конкуренты и однофамильцы с Мещанской). Но улунам и лапсан соушонгам москвичи предпочитали самый обыкновенный черный чай. Не удивительно, ведь к чаепитию иной раз подавались не одни лишь леденцы или яички — на столе выстраивались горы сладостей, мясных копченостей и фруктов. Разумеется, под это дело дорогой улун покажется отваром из чертополоха, а лапсан соушонг — настойкой на печной золе.
При советской власти чай стал постепенно, но уверенно утрачивать свой качественный уровень. Некогда вполне приличные грузинские и краснодарские сорта непостижимым образом сделались смесью огородных сорняков. Некоторое время качество держал "индийский черный со слоном". Однако же и он с годами сдулся. Тогда появился новый сорт — чай "Бодрость". Впрочем, она сдала свои позиции еще быстрее чая "со слоном".
И тут возникло вдруг великолепное разнообразие. В нашу страну пришел лапсан соушонг, улун, пу эр, ку дин. Последний, строго говоря, не чай, да кто ж тут будет разбираться-то. Чаем считалось все, что можно сыпануть в дулевский чайник и залить бурлящим кипятком.
Вдруг обнаружились достоинства красного "чая" каркаде. Выяснилось, что если им, горячим, водку запивать, то и пьянеешь быстрее, и похмелье не столь омерзительное.
По ходу дела москвичи сделали страшное открытие: оказывается, загадочный мате, которым всю дорогу напузыривались в своих патио герои Маркеса, Кортасара и Борхеса, на самом деле не наркотик и не алкоголь, а что-то наподобие сухого сена. И таких открытий было море разливанное.
И чем же все это закончилось? Тем, собственно, с чего и начиналось. Москвичи быстро пресытились чайной экзотикой и в большинстве своем охотно перешли на старый добрый черный чай (любители здорового образа жизни — на зеленый). Тем более что качество черного чая в наши дни на уровне, и даже самые демократичные евросорта ни капли не похожи на блаженной памяти "грузинский байховый". Попытки же официанток в кафе принести, например, пу эр туо ча расцениваются как диверсантская деятельность.
Более чем столетние поиски идеального чая закончились. Надеюсь, теперь навсегда. [А.М.]
Алексей Митрофанов — писатель, исследователь московского быта. Автор книг об улицах столицы и городах России.
Чай со слоном против пу эр туо ча
